![]() |
ИСТИНА |
Войти в систему Регистрация |
ИСТИНА ИНХС РАН |
||
Диатомовые водоросли являются основным компонентов ледовых сообществ. В фитоценозах морских льдов они преобладают как по числу видов, так и по биомассе. В нижнем слое льда (протяженностью несколько сантиметров) при благоприятных условиях освещениях диатомеи могут достигать такой высокой биомассы, что лед приобретает коричневую окраску. В Белом море такая картина отмечалась, например, в губе Чупа Кандалакшского залива (у ББС ЗИН «Картеш») в апреле 2002 г. (Сажин и др., 2004), когда биомасса диатомей в нижнем двух сантиметровом слое достигала 2429 - 35325 мг С/м3. При толщине льда 34 – 36 см интегральная биомасса диатомей во льду колебалась от 25 до 728 мг С/м2 (среднее 270 ± 309 мг С/м2, n=4, рассчитано по Сажин и др., 2004). В другом районе губы Чупа у поселка Пулонга интегральная биомасса диатомей во льду в апреле 2003 г. составляла 25,8 ± 11,5 мг С/м2 (n=3) (Ильяш и др., 2012). В Кандалакшской губе интегральная биомасса диатомей во льду в апреле 2002 г. достигала 88 ± 18 мг С/м2 (n=3) (Ильяш и др., 2012). В проливе Великая Салма интегральная биомасса диатомей во льду гораздо ниже. В апреле 1997 г. она составляла 4,1 ± 2,5 С/м2 (n=4) (Ильяш и др., 2012). Чем же обусловлено более низкое обилие диатомовых водорослей в проливе Великая Салма в конце ледового сезона? Учитывая межгодовую изменчивость обилия криофлоры, для уточнения биомассы ледовых диатомей и их вклада в суммарную биомассу криофлоры, мы оценили обилие ледовых водорослей во льдах пролива Великая Салма в конце ледового сезона 2012 г. Район исследований включал пролив Великая Салма (660 33.206’ с.ш.; 320 06.279’ в.д.) и сопряженные с ним районы: губы Ругозерскую (660 35' 25,2'' с.ш.; 320 56' 48,5'' в.д.), Кислую (660 32' 04,5'' с.ш.; 330 04' 24,1'' в.д.) и Еремеевскую (660 33' 05,4'' с.ш.; 330 02' 35,5'' в.д.). Работы проводили с 20 марта по 2 апреля 2012 г. Керны получены с помощью SPIRE-бура с внутренним диаметром 18 см. Каждый керн делили на части согласно визуально различимой структуре льда. Части керна помещали в отдельные пластиковые емкости, добавляли не менее 1 л профильтрованной через мембранный фильтр (диаметр пор 2 мкм) и стерилизованной морской воды, а затем растапливали при комнатной температуре. Пробы талой воды концентрировали методом обратной фильтрации и фиксировали раствором Люголя. Количественный подсчет водорослей проводили согласно методикам, описанным ранее (Ильяш и др., 2012). Зима 2011‒2012 гг. в Кандалакшском заливе была в целом мягкой. В районе исследований большую часть зимы температура воздуха не опускалась ниже –10 °С. Было только одно серьезное понижение температуры в конце января, непродолжительное – менее двух недель, но значительное – столбик термометра опускался до отметки –35°. В марте было несколько оттепелей, которые чередовались с понижениями температуры ниже –10°С. Структура льда. Снежный покров достигал 10 см (пролив Великая Салма) – 15 см (губа Кислая). Толщина льда составляла 48 см (пролив) – 56 см (Ругозерская губа). Доля льда снежного генезиса варьировала от 16% (губы Ругозерская и Ермолинская) до 31% (губа Кислая). Обилие диатомовых водорослей. Интегральная биомасса диатомей во льду составляла 13,4 мг С/м2 (пролив Великая Салма); 44,7 мг С/м2 (губа Кислая); 3,1 мг С/м2 (Ругозерская губа); 10,5 мг С/м2 (Ермолинская губа). Во льду снежного генезиса наибольшая биомасса отмечена в губе Кислая (312 мг С/м3), наименьшая – в Ругозерской губе (4,8 мг С/м3). В нижнем рыхлом слое льда (на границе с водой) протяженностью 4 – 6 см биомасса диатомей варьировала от 4,8 мг С/м3 (Ругозерская губа) до 33,9 мг С/м3 (губа Кислая). В проливе Великая Салма биомасса диатомей в нижнем слое льда достигала 6,8 мг С/м3. Таким образом, проведенные исследования показали, что обилие диатомовых водорослей во льдах пролива Великая Салма и сопряженных с ней районов в апреле 2012 г. хотя и выше, чем в апреле 1997 г., но ниже, чем в других районах Кандалакшского залива. Пространственную вариабельность обилия ледовых водорослей определяет совокупность факторов, основными из которых являются: условия освещенности, зависящие от толщины льда и снежного покрова (Riedel et al., 2008), концентрация биогенных элементов (Smith et al., 1997), соленость и температура (Cota, Smith, 1991), пористость льда и морфология его нижней поверхности (Mundy et al., 2007). Толщина льда, температура, соленость, концентрация биогенных элементов в проливе не отличается от таковой в других губах Кандалакшского залива (Ильяш и др., 2012). По-видимому, более низкое обилие ледовых диатомей в проливе Великая Салма и сопряженных с ним районах обусловлено такими факторами, как морфология нижней поверхности льда и генезис ледового покрова. Акватория пролива характеризуется сильными приливными течениями (Пантюлин, 2012), под воздействием которых скелетный слой нижней поверхности льда может разрушаться и «сглаживаться», что препятствует накоплению водорослей. К тому же при более гладкой нижней поверхности уменьшается интенсивность восходящих потоков по ледовым каналам и порам, что ведет к снижению поступления биогенных элементов. Не следует также исключать зависимость обилия ледовых диатомей от биомассы диатомей в подледном фитопланктоне. В марте-апреле биомасса подледного планктона в исследованном районе из-за интенсивного приливного перемешивания гораздо ниже таковой в других районах Кандалакшского залива, таких как губы Чупа и Кандалакшская. Соответственно, в слое льда снежного генезиса, который образуется в результате смерзания снега и морской воды, поступающей из расщелин в ледовом покрове, биомасса водорослей может быть низкой вследствие низкой биомассы фитопланктона. И поскольку доля льда снежного генезиса в исследованном районе достигает 31% от толщины ледового покрова, то и интегральная биомасса во всей толще льда оказывается достаточно низкой.