![]() |
ИСТИНА |
Войти в систему Регистрация |
ИСТИНА ИНХС РАН |
||
Реализация Проекта будет способствовать оформлению нового подхода к изучению социального неравенства в современной России. Особенность предлагаемого подхода заключается в применении многофакторного анализа, опирающегося на социологические концепции доступа и социальной эксклюзии. Концепции доступа и социальной эксклюзии предлагают изучение социального неравенства как совокупности факторов, включающих в том числе анализ неравенств в сфере образования, здравоохранения, доступа к информационным технологиям (и наличия навыка их использования), а также пространственного неравенства. Новое знание, полученное в ходе исследования, будет способствовать выработке взвешенных решений в сфере социальной политики.
К концу первого года исследовательский коллектив планирует опубликовать не менее 6 статей в журналах, входящих в перечень SCOPUS, RSCI Web of Science и ВАК, а также подготовить выступление не менее чем на 12 международных и российских конференциях. Будет разработана программа исследования на основе полученных в ходе анализа данных. Тексты статей и докладов при необходимости могут быть представлены в Фонд на экспертизу. Достижимость конкретных задач в рамках Проекта обуславливается компетенциями руководителя и исполнителей.
За последние 5 лет авторским коллективом опубликовано более 30 научных работ по проблеме социального неравенства, социальной эксклюзии и связанной с ними проблематике, в том числе публикации в журналах, входящих в перечень SCOPUS, RSCI Web of Science, ВАК. Кроме того, именно в работах научного коллектива изложены основные положения концепции доступа в русскоязычной литературе. Научный коллектив, сложившийся на базе ведущего российского вуза, обладает достаточным опытом и знаниями для реализации проектов подобной сложности.
Для достижения поставленных целей за указанный период научным коллективом были проведены исследования по следующим направлениям: 1) изучены существующие теоретико-методологические подходы к проблеме социального неравенства, 2) рассмотрены основные подходы к концептуализации понятия «социальная эксклюзия», 3) выявлены новые формы социального неравенства, в том числе, в России, 4) определены признаки социального неравенства, 5) разработана программа исследования социального неравенства на основе выявленных признаков. В ходе проведения исследований по указанным направлениям были получены следующие результаты: 1. Изучение существующих теоретико-методологических подходов к проблеме социального неравенства: На основе методов сравнительного анализа и обобщения существующих подходов к изучению проблемы социального неравенства выявлена их неэффективность в рассмотрении данного феномена только через статистические показатели: образование, профессию, доход, тип труда или занятости, так как подобный подход приводит к абстрактному, неадекватному современной социальной реальности изображению системы социального неравенства. В данной связи предлагается изучение указанной проблематики с помощью конструктивистского методологического тренда. Новая методологическая перспектива проявилась в равной мере в разработках новой социальной онтологии, связанной с концептуализацией теории практики и коммуникации, а также в переходе на новые принципы и модели социологического объяснения. В рамках теорий социального неравенства это выразилось, прежде всего, в отходе от субстанциолистского видения структур социальной дифференциации. Вопрос о том, что составляет основание социального неравенства, был дополнен вопросом о том, как люди производят и воспроизводят социальное неравенство в обычных практиках повседневной социальной жизни. Новизна данного подхода заключается в понимании социального неравенства как системы фундаментальных специализированных практик, ориентированных на формирование социального порядка в виде социальных иерархий и различий. 2. Анализ основных подходов к интерпретации понятия «социальная эксклюзия»: На основе методов сравнительного анализа и типологической реконструкции проведено сопоставление существующих в современной социологической теории основных методологических подходов к понятию «социальная эксклюзия» (концепции Х. Сильвер, Р. Мунка, Д. Гордона и Р. Левитас, Т. Аткинсона). Выявлено, что понятие «социальная эксклюзия» определяется как отсутствие доступа к: 1) доходам и другим материальным ресурсам; 2) рынку труда; 3) услугам; и 4) социальным отношениям. Особенностью этого понятия является то, что эксклюзия имеет чисто пространственное измерение так же, как и социальное». Социальная эксклюзия мешает участию в нормативно предписанных видах деятельности данного общества, ограничивает доступ к информации, ресурсам, сокращает возможности по достижению личных целей. Изучение социальной эксклюзии может быть осуществлено на трех уровнях: 1) микроуровень изучения социальной эксклюзии предполагает обращение к анализу социальных связей; 2) мезоуровень изучения социальной эксклюзии означает рассмотрение процессов исключения социальных групп, установления барьеров; 3) макроуровень изучения социальной эксклюзии содержит работы по сравнительному анализу концепций, выявлению культурных и социальных особенностей социальной эксклюзии, анализ социальной политики и ее эффективности. 3. Новые формы социального неравенства, в том числе, в России: А) Экологическое неравенство: Внимание современных социологов к экологической проблематике демонстрирует не только ее актуальность, но и существование множества измерений ее анализа. Решение экологических проблем рассматривается многими учеными как приоритетное, поскольку они становятся причиной социальных, экономических и политических проблем, а также угрожают существованию всего человечества. Вместе с тем необходимо учитывать, что экологическая повестка дня имеет место не только на глобальном уровне, но и на региональном и локальном. По мнению американского социолога М. Буравого, экологическое неравенство является первой осознанной и собственно глобальной проблемой: «существуют ли ценности, вокруг которых могли бы объединиться Север и Юг, Запад и Восток; те права человека, которые они могли бы совместно защищать? Есть только одна вещь, которая угрожает жизни каждого, – это упадок окружающей среды». Социально-экологическое неравенство уже стало привычным явлением для многих стран, и Россия не является исключением. На основе анализа вторичных данных установлено, что в России проблема экологического неравенства имеет свою специфику. Согласно данным Федеральной службы государственной статистики за 2017 год, экологические риски неравномерно распределяются по территории страны. Кроме того, как показал корреляционный анализ данных, специфика экологического неравенства в России имеет региональные особенности, что обусловлено большими возможностями центра по сравнению с периферией. Так, экономический центр страны - Москва - аккумулирует множество производств и ресурсов, в том числе трудовых, предлагая один из самых высоких уровней дохода по стране, и вместе с тем столица страны активно выводит свои экологические риски за пределы региона, от чего больше всего страдает Московская область, что приводит к дисбалансу в развитии региона. Например, статистика подтверждает, что средне ожидаемая продолжительность жизни для столицы составляет более 77 лет, а для области – 72,5. Также выбросы в атмосферу загрязняющих веществ от стационарных источников составляют 63,0 тыс. т в Москве и 253,3 тыс. т в Московской области, сброс загрязненных сточных вод — 825 млн. м3 и 1067 млн. м3, соответственно. Однако наиболее актуальная проблема, вызвавшая сейчас большой общественный резонанс — мусорные полигоны, которые находятся за пределами Москвы и подчас представляют угрозу для здоровья жителей области. Б) Пространственное неравенство: Пространственное неравенство становится все более актуальной проблемой городов современного мира. Наиболее ярким его проявлением можно считать пространственную сегрегацию, однако, последние десятилетия свидетельствуют о том, что и джентрификация становится все более распространенным процессом и причиной массовых протестов в разных городах мира. Установлено, что термин «джентрификация» введен в научный оборот в 1960-х годах британским социологом Р. Гласс, которая обратила внимание на изменение социального облика ряда районов Лондона вследствие того, что бывшие «кварталы рабочего класса» «захватывают» представители средних слоев. Однако сегодня его значение гораздо шире. Зачастую строительными площадками становятся бывшие промышленные зоны, которые занимают значительную территорию во многих городах, например, на территории старой Москвы их площадь по разным оценкам составляет 13%-17%. Анализ вторичных данных указывает, что реконструкция так называемых «ржавых поясов» может рассматриваться как разновидность пространственного неравенства в форме джентрификации. В) Социальное неравенство в сфере здоровья: Проведен анализ основных теоретических подходов к концептуализации понятия «социальное неравенство в сфере здоровье». Выявлены особенности, определяющие различия в трактовках этого понятия. Предложена типология, разделяющая основные подходы к анализу социального неравенства в отношении здоровья на три группы. Представители первого подхода рассматривают данный феномен как следствие различий в социально-экономическом положении. Авторы второго подхода анализируют неравенство в отношении здоровья как следствие расово-гендерных характеристик. Наконец, теоретики третьей группы объясняют неравенство в отношении здоровья особенностями функционирования системы здравоохранения. На основе сравнительного анализа данных социологических исследований выявлено, что социальное неравенство в сфере здоровья среди россиян, прежде всего, обусловлено следующими факторами: 1) ограниченным доступом к ресурсам по поддержанию и сохранению своего здоровья, в том числе, медицинским; 2) слабой информированностью населения о новых технологиях и существующих возможностях в отношении здоровьесбережения; 3) отсутствием ценностно-ориентированного отношения к своему здоровью. Г) Цифровое неравенство: Одной из новых форм социального неравенства, характерных именно для современного общества, является цифровой разрыв (цифровое неравенство). Его существование обусловлено развитием информационно-коммуникативных технологий (далее - ИКТ) во второй половине XX века. Анализ теоретических подходов указывает на отсутствие единого понимания данного феномена. В качестве методологической базы анализа цифрового неравенства используется трехуровневое членение цифрового разрыва. В рамках этого деления первый уровень фиксирует разницу в доступе к новейшим информационным технологиям. Такой доступ предполагает наличие или отсутствие соответствующей материальной базы. Первый уровень включает не только владение специальными устройствами (смартфонами, компьютерами и др.), но и наличие доступа к интернету, а также его качество (скорость интернета, его стоимость и др.). Второй уровень цифрового разрыва позволяет определить разницу в наличии необходимых для эффективного использования информационных технологий навыков. Навыки включают наличие способностей не только потреблять контент, но и производить его, быть активным участником социального взаимодействия в Сети. Наконец, третий уровень выявляет жизненные шансы и возможности, обусловленные использованием информационных технологий. Третий уровень является наиболее сложным для измерения и опирается на информацию о цифровизации отдельных сфер жизни общества. В настоящее время цифровизация является приоритетным направлением стратегического развития российского общества. Этот процесс включает не только использование цифровых технологий в основных сферах общественной жизни – образовании, здравоохранении и др., но и меняет способы взаимодействия между обществом и государством (например, «электронное правительство»). На основе данных статистики и вторичных исследований за 2015-2018 гг. выявлены основные проблемы, связанные с наличием цифрового разрыва, а также обозначены перспективы преодоления цифрового разрыва в условиях становления российского информационного общества. Наряду с ними представлены основные риски и негативные последствия попыток ускоренной цифровизации современного российского общества. Для изучения цифрового разрыва в современном российском обществе предложена агрегированная модель цифрового неравенства, позволяющая зафиксировать многоаспектность рассматриваемой проблемы. Основными компонентами модели являются материальный доступ, навыки использования, уровень дигитализации жизни и жизненные шансы. Материальная база определяется как обеспеченность населения страны доступом к сети Интернет и другим средствам ИКТ, а также наличием необходимых для его использования устройств. Навыки использования анализируются через фактическое использование Интернета, наличие определенных минимальных технических навыков. Показатель уровня цифровизации жизни современного российского общества демонстрирует важность обращения к современным информационным технологиям для повседневной жизни людей, в том числе через цифровизацию важнейших сфер жизни общества: экономики, политики, медицины, образования и культуры. Жизненные шансы определяют возможности улучшения индивидом или группой своего социального положения вследствие наличия доступа и активного использования современных информационных технологий. На основе данных социологических исследований за 2015-2018 гг. делается вывод о перспективах преодоления цифрового разрыва в современной России. 4. Разработана программа исследования, включающая формулировку и обоснование проблемы исследования; цели и задач исследования; определение объекта и предмета социологического исследования; описание используемых методов сбора социологической информации. Программой предусмотрено исследование социального неравенства по следующим признакам: - доступность экологически чистой окружающей среды; - употребление экологически чистых продуктов; - доступность средств информационно-коммуникативных технологий (технические устройства и инфраструктура); - наличие цифровых навыков (уровень цифровой грамотности, цели использования интернета, эффективность использования контента, создание контента); - доступность жизненно важных объектов инфраструктуры; - доступность образовательных ресурсов; - доступность ресурсов по поддержанию и сохранению здоровья; - уровень медицинской грамотности.
грант РФФИ |
# | Сроки | Название |
1 | 7 февраля 2018 г.-31 декабря 2018 г. | Новые формы социального неравенства и особенности их проявления в современной России |
Результаты этапа: На основе методов сравнительного анализа и обобщения существующих подходов к изучению проблемы социального неравенства выявлена их неэффективность в рассмотрении данного феномена только через статистические показатели: образование, доход, тип труда или занятости, так как подобный подход приводит к абстрактному неадекватному современной социальной реальности изображении системы социального неравенства. На основе методов сравнительного анализа и типологической реконструкции проведено сопоставление существующих в современной социологической теории основных методологических подходов к понятию «социальная эксклюзия», выявлено, что социальная эксклюзия мешает участию в нормативно предписанных видах деятельности данного общества, ограничивает доступ к информации, материальным ресурсам, препятствует формированию и расширению социальных связей, идентичности, сокращает возможности по достижению личных целей. Рассмотрены такие формы социального неравенства как глобальное, экологическое, пространственное, цифровое, неравенство в сфере здоровья; особое внимание уделено особенностям их проявления в России. Разработана программа исследования различных форм неравенства в современной России. Для достижения поставленных целей за указанный период научным коллективом были проведены исследования по следующим направлениям: 1) изучены существующие теоретико-методологические подходы к проблеме социального неравенства, 2) рассмотрены основные подходы к концептуализации понятия «социальная эксклюзия», 3) выявлены новые формы социального неравенства, в том числе, в России, 4) определены признаки социального неравенства, 5) разработана программа исследования социального неравенства на основе выявленных признаков. В ходе проведения исследований по указанным направлениям были получены следующие результаты: 1) Изучение существующих теоретико-методологических подходов к проблеме социального неравенства: На основе методов сравнительного анализа и обобщения существующих подходов к изучению проблемы социального неравенства выявлена их неэффективность в рассмотрении данного феномена только через статистические показатели: образование, профессию, доход, тип труда или занятости, так как подобный подход приводит к абстрактному, неадекватному современной социальной реальности изображению системы социального неравенства. В данной связи предлагается изучение указанной проблематики с помощью конструктивистского методологического тренда. Новая методологическая перспектива проявилась в равной мере в разработках новой социальной онтологии, связанной с концептуализацией теории практики и коммуникации, а также в переходе на новые принципы и модели социологического объяснения. В рамках теорий социального неравенства это выразилось прежде всего в отходе от субстанциолистского видения структур социальной дифференциации. Вопрос о том, что составляет основание социального неравенства, был дополнен вопросом о том, как люди производят и воспроизводят социальное неравенство в обычных практиках повседневной социальной жизни. Новизна данного подхода заключается в понимании социального неравенства как системы фундаментальных специализированных практик, ориентированных на формирование социального порядка в виде социальных иерархий и различий. 2) Анализ основных подходов к интерпретации понятия «социальная эксклюзия»: На основе методов сравнительного анализа и типологической реконструкции проведено сопоставление существующих в современной социологической теории основных методологических подходов к понятию «социальная эксклюзия» (концепции Х. Сильвер, Р. Мунка, Д. Гордона и Р. Левитас, Т. Аткинсона). Выявлено, что понятие «социальная эксклюзия» определяется как отсутствие доступа к: 1) доходам и другим материальным ресурсам; 2) рынку труда; 3) услугам; и 4) социальным отношениям. Особенностью этого понятия является то, что «эксклюзия имеет чисто пространственное измерение так же, как и социальное». Социальная эксклюзия мешает участию в нормативно предписанных видах деятельности данного общества, ограничивает доступ к информации, ресурсам, сокращает возможности по достижению личных целей. Изучение социальной эксклюзии может быть осуществлено на трех уровнях: 1) микроуровень изучения социальной эксклюзии предполагает обращение к анализу социальных связей; 2) мезоуровень изучения социальной эксклюзии означает рассмотрение процессов исключения социальных групп, установления барьеров; 3) макроуровень изучения социальной эксклюзии содержит работы по сравнительному анализу концепций, выявление культурных и социальных особенностей социальной эксклюзии, анализ социальной политики и ее эффективности. 3) Новые формы социального неравенства, в том числе, в России: А) Экологическое неравенство: Внимание современных социологов к экологической проблематике демонстрирует не только ее актуальность, но и существование множества измерений ее анализа. Решение экологических проблем рассматривается многими учеными как приоритетное, поскольку они становятся причиной социальных, экономических и политических проблем, а также угрожают существованию всего человечества. Вместе с тем необходимо учитывать, что экологическая повестка дня имеет место не только на глобальном уровне, но и на региональном и локальном. По мнению американского социолога М. Буравого, экологическое неравенство является первой осознанной и собственно глобальной проблемой: «существуют ли ценности, вокруг которых могли бы объединиться Север и Юг, Запад и Восток; те права человека, которые они могли бы совместно защищать? Есть только одна вещь, которая угрожает жизни каждого, – это упадок окружающей среды». Социально-экологическое неравенство уже стало привычным явлением для многих стран, и Россия не является исключением. На основе анализа вторичных данных установлено, что в России проблема пространственного неравенства имеет свою специфику. Согласно данным Федеральной службы государственной статистики за 2017 год, экологические риски неравномерно распределяются по территории страны. Кроме того, как показал корреляционный анализ данных, специфика экологического неравенства в России имеет региональные особенности, что обусловлено большими возможностями центра по сравнению с периферией. Так, экономический центр страны Москва аккумулирует множество производств и ресурсов, в том числе трудовых, предлагая один из самых высоких уровней дохода по стране, и вместе с тем столица страны активно выводит свои экологические риски за пределы региона, от чего больше всего страдает Московская область, что приводит к дисбалансу в развитии региона. Например, статистика подтверждает, что средне ожидаемая продолжительность жизни для столицы составляет более 77 лет, а для области – 72,5. Также выбросы в атмосферу загрязняющих веществ от стационарных источников составляют 63,0 тыс. т в Москве и 253,3 тыс. т в Московской области, сброс загрязненных сточных вод — 825 млн. м3 и 1067 млн. м3 соответственно. Однако наиболее актуальная проблема, вызвавшая сейчас большой общественный резонанс — мусорные полигоны, которые находятся за пределами Москвы и подчас представляют угрозу для здоровья жителей области. Б) Пространственное неравенство: Пространственное неравенство становится все более актуальной проблемой городов современного мира. Наиболее ярким его проявлением можно считать пространственную сегрегацию, однако, последние десятилетия свидетельствуют о том, что и джентрификация становится все более распространенным процессом и причиной массовых протестов в разных городах мира. Установлено, что термин «джентрификация» введен в научный оборот в 1960-х годах британским социологом Р. Гласс, которая обратила внимание на изменение социального облика ряда районов Лондона вследствие того, что бывшие «кварталы рабочего класса» «захватывают» представители средних слоев. Однако сегодня его значение гораздо шире. Зачастую строительными площадками становятся бывшие промышленные зоны, которые занимают значительную территорию во многих городах, например, на территории старой Москвы их площадь по разным оценкам составляет 13%-17%. Анализ вторичных данных указывает, что реконструкция так называемых «ржавых поясов» может рассматриваться как разновидность пространственного неравенства в форме джентрификации. В) Социальное неравенство в сфере здоровья: Проведен анализ основных теоретических подходов к концептуализации понятия «социальное неравенство в сфере здоровье». Выявлены особенности, определяющие различия в трактовках этого понятия. Предложена типология, разделяющая основные подходы к анализу социального неравенства в отношении здоровья на три группы. Представители первого подхода рассматривают данный феномен как следствие различий в социально-экономическом положении. Авторы второго подхода анализируют неравенство в отношении здоровья как следствие расово-гендерных характеристик. Наконец, теоретики третьей группы объясняют неравенство в отношении здоровья особенностями функционирования системы здравоохранения. На основе сравнительного анализа данных социологических исследований выявлено, что социальное неравенство в сфере здоровья среди россиян, прежде всего, обусловлено следующими факторами: 1) недоступностью медицинских услуг; 2) ограниченным доступом к ресурсам по поддержанию и сохранению своего здоровья; 3) слабой информированностью населения о новых технологиях и существующих возможностях в отношении здоровьесбережения; 4) отсутствие ценностно-ориентированного отношения к своему здоровью. Г) Цифровое неравенство: Одной из новых форм социального неравенства, характерных именно для современного общества является цифровой разрыв (цифровое неравенство). Его существование обусловлено развитием информационно-коммуникативных технологий во второй половине XX века. Анализ теоретических подходов указывает на отсутствие единого понимания данного феномена. В качестве методологической базы анализа цифрового неравенства используется трехуровневое членение цифрового разрыва, где первый уровень фиксирует разницу в доступе к новейшим информационным технологиям. Такой доступ предполагает наличие или отсутствие соответствующей материальной базы. Первый уровень включает не только владение специальными устройствами (смартфонами, компьютерами и др.), но и наличие доступа к интернету, а также его качество (скорость интернета, его стоимость и др.). Второй уровень цифрового разрыва позволяет определить разницу в наличии необходимых для эффективного использования информационных технологий навыков. Навыки включают наличие способностей не только потреблять контент, но и производить его, быть активным участником социального взаимодействия в Сети. Наконец, третий уровень выявляет жизненные шансы и возможности, обусловленные использованием информационных технологий. Третий уровень является наиболее сложным для измерения и опирается на информацию о цифровизации отдельных сфер жизни общества. В настоящее время цифровизация является приоритетным направлением стратегического развития российского общества. Этот процесс включает не только использование цифровых технологий в основных сферах общественной жизни – образовании, здравоохранении и др., но и меняет способы взаимодействия между обществом и государством (например, «электронное правительство»). На основе данных статистики и вторичных исследований за 2015-2018 гг. выявлены основные проблемы, связанные с наличием цифрового разрыва, а также обозначены перспективы преодоления цифрового разрыва в условиях становления российского информационного общества. Наряду с ними представлены основные риски и негативные последствия попыток ускоренной цифровизации современного российского общества. Для изучения цифрового разрыва в современном российском обществе предложена агрегированная модель цифрового неравенства, позволяющая зафиксировать многоаспектность рассматриваемой проблемы. Основными компонентами модели являются материальный доступ, навыки использования, уровень дигитализации жизни и жизненные шансы. Материальная база определяется как обеспеченность населения страны доступом к сети Интернет и другим средствам ИКТ, а также наличием необходимых для его использования устройств. Навыки использования анализируются через фактическое использование Интернета, наличие определенных минимальных технических навыков. Показатель уровня цифровизации жизни современного российского общества демонстрирует важность обращения к современным информационным технологиям для повседневной жизни людей, в том числе через цифровизацию важнейших сфер жизни общества: экономики, политики, медицины, образования и культуры. Жизненные шансы определяют возможности улучшения индивидом или группой своего социального положения вследствие наличия доступа и активного использования современных информационных технологий. На основе данных социологических исследований за 2015-2018 гг. делается вывод о перспективах преодоления цифрового разрыва в современной России. Разработана программа исследования, включающая формулировку и обоснование проблемы исследования; цели и задач исследования; определение объекта и предмета социологического исследования; описание используемых методов сбора социологической информации. Программой предусмотрено исследование социального неравенства по следующим признакам: - доступность экологически чистой окружающей среды; - употребление экологически чистых продуктов; - доступность средств информационно-коммуникативных технологий (технические устройства и инфраструктура); - наличие цифровых навыков (уровень цифровой грамотности, цели использования интернета, эффективность использования контента, создание контента); - доступность жизненно важных объектов инфраструктуры; - доступность образовательных ресурсов; - доступность ресурсов по поддержанию и сохранению здоровья; - уровень медицинской грамотности. | ||
2 | 1 января 2019 г.-31 декабря 2019 г. | Новые формы социального неравенства и особенности их проявления в современной России |
Результаты этапа: Для достижения поставленной цели и решения указанных задач за отчетный период были проведены исследования по следующим направлениям: - анализ теоретико-методологических проблем в исследовании социального неравенства; - проведение пилотажных социологических исследований по темам: 1) «Факторы, предопределяющие социальное неравенство в отношении здоровья в России»; 2) «Представления студентов московских вузов о социальном неравенстве в России и современном мире»; - изучение существующих подходов к исследованию цифрового неравенства и дифференциация уровней «цифрового разрыва»; - на основе анализа статистических данных выявление особенностей и закономерностей развития экологического, инвайроментального и пространственного неравенства в современной России; - выбор индикаторов для построения модели социального неравенства в современной России. В ходе реализации второго этапа в рамках работы по указанным направлениям были получены следующие результаты. 1. Анализ теоретико-методологических проблем в исследовании социального неравенства: Анализ методологических проблем исследования социального неравенства в современной социологической теории позволяет утверждать, что теории социального неравенства являются фундаментальным компонентом любой теории общества и теории социального развития. Современные системы неравенства складываются на основе, как современных трендов развития, так и неравенств, унаследованных от прошлого. Именно в силу этого одной из фундаментальных проблем социологической теории является концептуальное совмещение и исторических, и теоретических горизонтов и интерпретаций. Сравнение классических и некоторых современных подходов (теории доступа, стиля жизни, общества потребления, статусно-конвенционального общества и т.д.) к анализу социального неравенства позволяет сделать вывод, что в актуальной исследовательской практике они нередко противопоставляются друг другу. Это аргументируется тем, что базовые факторы, лежащие в основе традиционных подходов, исчезли или резко ослабели, что не всегда верно. Задача, как нам представляется, состоит в том, чтобы в любом теоретическом исследовании восстанавливать полноту и целостность социологического знания. В данном конкретном случае это означает использование и классических, и современных подходов к анализу социального неравенства. Коренным недостатком большинства теорий и методологических подходов к социальному неравенству является социологическая установка, не разделяющая структуру и агентность, которая просуществовала в социологии до 80-х гг. ХХ в. с опорой на «экономический детерминизм», включающий индивидов в систему неравенства на основе марксистской и функционалистской парадигм, а также теорий конфликта, имеющих политэкономическое происхождение. Только в конце ХХ — начале XXI в. в социологии данный упрощенный подход, укорененный в объяснительных схемах «единого фактора», был потеснен новым социально-конструктивистским методологическим трендом. В рамках теорий социального неравенства он нашел выражение в отходе от субстанциолистского видения структур социальной дифференциации. В данной связи вопрос о том, что составляет основание социального неравенства, необходимо дополнить вопросом о том, как сами люди производят и воспроизводят социальное неравенство в обычных практиках повседневной социальной жизни. Эти практики, связанные с такими основаниями включения/исключения как религия, раса, этнос, половая принадлежность и т.п. посредством механизмов стигматизации и лингвистической категоризации формируют базовые индивидуальные социальные неравенства, но которые до сих пор не получили адекватного социологического анализа. В современной социологической теории категория «социальное неравенство» применяется, прежде всего, для отражения сложной социальной структуры общества и обозначает «специфическую форму социальной стратификации, при которой отдельные индивиды, социальные группы, слои или классы находятся на разных ступенях вертикальной социальной иерархии и обладают неравными возможностями удовлетворения своих материальных, социальных или духовных потребностей». Социальное неравенство – это глобальная социальная проблема, отягощающая жизнь не только членам отдельных обществ в региональном масштабе, но и угрожающая всему мировому сообществу. Глобальное социальное неравенство включает в вертикальную иерархию индивидов, социальных групп, классов и слоев также национальные государства, которые соответствующим образом ранжируются в рамках мирового сообщества. Большинство исследователей, в качестве преимущественной формы проявления глобального социального неравенства рассматривает именно неравенство ресурсное, которое нередко отождествляет с экономическим неравенством. Подобное неравенство достаточно наглядно проявляет себя в соотношении численности богатого и бедного населения. Так, например, в России, «согласно официальной статистике, в 2017 г. численность бедного населения достигла 19,7 млн человек, еще 10% находились на границе бедности. И тенденции пока не обнадеживают: согласно Росстату, реальные располагаемые денежные доходы россиян в январе – сентябре 2017 г. снизились на 1,2% по сравнению с аналогичным периодом 2016 года». Однако наряду с ресурсным достаточно ярко проявляют себя еще две, относительно новые формы социального неравенства в глобальном масштабе, которые выделил шведский социолог Г. Терборн – неравенство витальное и неравенство экзистенциальное. Витальное или биологическое неравенство фиксирует базовую характеристику человеческого существования, поскольку обращается к таким категориям, как, например, окружающая среда и здоровье. Экзистенциальное неравенство очерчивает систему иерархий, основанных на категориях включения/исключения (социальной инклюзии/эксклюзии), которая имеет не только материальное, но и социальное измерение. Социальная эксклюзия мешает участию в нормативно предписанных видах деятельности данного общества, ограничивает доступ к информации, ресурсам, сокращает возможности по достижению личных целей. Наглядным примером социальной эксклюзии является ограничение доступа к ресурсам, связанным с информационно-цифровыми технологиями (так называемое цифровое неравенство или «цифровой разрыв»). В рамках представляемой модели социального неравенства предлагается выделить две его формы: витальное и экзистенциальное, каждая из которых находит отражение в различных видах, часть из которых являются традиционными для современной России, часть же рассматриваются как новые. Результаты исследования этих новых видов представлены ниже. 2.Витальное неравенство: 2.1. Экологическое и пространственное неравенство: Анализ существующих данных позволил сделать вывод, что этот вид неравенства, с одной стороны, фиксирует разную степень подверженности рискам, связанную с наличием/отсутствием опасных для здоровья человека объектов, с другой стороны, что возможности людей минимизировать негативные последствия современных рисков во многом детерминируются их материальным положением. Очевидным становится наложение традиционных форм неравенства на современные. Пространственное неравенство становится особенно острой проблемой в эпоху глобализации, когда транснациональные корпорации выносят производство и связанные с ним риски в развивающиеся страны, формируя глобальное социально-экологическое неравенство. Таким образом, глобальное социально-экологическое неравенство представляет собой сложную систему, связанную с распределением различных рисков и их возможных последствий, оказывающих непосредственное воздействие на качество жизни населения. Проведенный анализ продемонстрировал, что внимание современных исследователей к экологической проблематике демонстрирует не только ее актуальность, но и существование множества направлений ее изучения. Решение экологических проблем рассматривается многими учеными как приоритетное, поскольку они становятся причиной социальных, экономических и политических, а также угрожают существованию всего человечества. Таким образом, экологическая повестка дня имеет место на всех уровнях – глобальном, региональном и локальном. Социально-экологическое неравенство уже стало привычным явлением для многих стран, и Россия не является исключением. Исследование пространственного неравенства в России показало, что в стране есть свои особенности, в частности, обусловленные тем, что более 50% территории России находится за 60-й северной параллелью, то есть либо в непосредственной близости от Северного полярного круга (32,2%), либо за ним (22,3%), но при этом доля населения страны, проживающая на этой территории, чрезвычайно мала – около 5%. Жители городов Крайнего Севера одними из первых сталкиваются с социальными последствиями климатических изменений, поскольку изменения, связанные с потеплением климата, наиболее очевидны вблизи полюсов планеты. Таяние вечной мерзлоты представляет опасность, в частности, для многих строений (жилых домов и учреждений, в которых люди работают), так как при их проектировании и строительстве в советское время не учитывали возможного изменения климата, которое может привести к изменению характеристик почвы. «Вечность» мерзлоты не ставилась под сомнение, однако, сегодня становится очевидным, что существует необходимость пересмотра стандартов строительства в городах Крайнего Севера и оценки безопасности продолжения использования существующих объектов. Это влечет за собой дополнительные расходы, которые осложняют социально-экономическое положение данных территорий и их жителей. Таким образом, для России характерны как традиционные формы пространственного неравенства (неравномерное распределение рисков и ресурсов), так и специфические его формы, обусловленные в первую очередь климатическими условиями страны. 1.2. Социальное неравенство в отношении здоровья: За отчетный период работа по данной проблематике проводилась по следующим направлениям: - методом сравнительного анализа статистических данных и контент-анализа публикаций по социальному неравенству в отношении здоровья в России и за рубежом выявлены основные показатели социального неравенства в сфере здоровья; - проведен анализ существующих подходов к измерению социального неравенства в отношении здоровья; - рассмотрены факторы социального неравенства в сфере здоровья; - проведено пилотажное социологическое исследование по социальному неравенству в сфере здоровья среди населения России. 3. Виды экзистенциального неравенства: 3.1. Цифровое неравенство: В результате анализа теоретических разработок, посвященных исследованию уровней цифрового разрыва, таких авторов, как П. Норрис, Б. Уэллман, В. Чен, Я. ван Дейк, А. ван Дерсен, Я. Стейарт и других, обозначены основные проблемы в определении этого термина, а также осуществлена попытка систематизации основных подходов к его интерпретации с учетом эволюции данного явления. В ходе исследования авторы пришли к выводу, что в современной социологии существует некоторая терминологическая путаница: понятия «цифровой разрыв» и «цифровое неравенство» используются в качестве синонимов. Тем не менее, авторы выявили различия между понятиями «цифровой разрыв» (как формой социальной дифференциации) и «цифровое неравенство» (как новой формы социального неравенства). На наш взгляд, понятие «цифровое неравенство» шире понятия «цифровой разрыв». Фактически сами по себе различия в доступе к устройствам и интернету не создают социального неравенства. Тем не менее, когда новые технологии формируют новые социальные отношения или обеспечивают возможность для социальной мобильности, мы говорим о социальном неравенстве. Проведенный авторами анализ позволяет обозначить специфику социологического изучения цифрового разрыва и цифрового неравенства, в том числе относительно традиционных форм социального неравенства. Были рассмотрены три уровня цифрового разрыва: материальная база, обеспечивающая первичный доступ к информационным и коммуникационным технологиям, навыки использования современных технологий, уровень цифровизации жизни, а также жизненные шансы, определяемые как возможности или преимущества использования технологий. Исследование цифрового разрыва и цифрового неравенства в современной России базируется на информации о доступе к интернету, полученных агентством Internet World Stats, а также на результатах вторичных исследований по использованию интернета и социальных сетей, полученных из открытых источников таких организаций, как аналитический центр НАФИ, Российской ассоциации электронных коммуникаций, проекта РОЦИТ, Web Wide Web Foundation и др. за период с 2017 по 2019 год. Основу исследования составили методы сравнительного и системного анализа. Ключевыми при анализе цифрового разрыва и цифрового неравенства стали показатели физического доступа к современным технологиям, уровень развития цифровых навыков, а также степень цифровизации и наличие жизненных шансов, обусловленных современными технологиями. Россия, как и другие страны, активно участвует в глобальном процессе цифровизации всех сфер общественной жизни. Результатом этого участия становятся очевидные преимущества от использования новейших технологий в экономике, культуре, политике и становлении гражданского общества. Однако существуют и серьезные угрозы для тех индивидов и социальных групп, кто не включен (в силу различных причин) в процессы цифровизации. Наблюдается цифровой разрыв между активно участвующими в цифровой жизни благодаря доступу к информационным и коммуникационным технологиям и эффективному их использованию и теми, кто из нее исключен. Этот цифровой разрыв и приводит к возникновению цифрового неравенства. Согласно последним данным, доля интернет-пользователей в мире составляет 57% (4,38 млрд. чел.) от всего населения планеты. По данным агентства InternetWorldStat, 109,5 млн. человек (76,1% населения) имеют доступ к интернету в России. Например, в Дании этот показатель составляет 96,9%, 96,2% – в Германии и 70,1% в Греции. Пользователи из нашей страны составляют 15,5% от общего числа интернет-пользователей в Европе [Europe Internet Usage Stats Facebook Subscribers and Population Statistics March 2019. Available at: https://www.internetworldstats.com/stats4.htm#europe (Accessed: 23 April 2019)]. В настоящее время в России основным типом устройства для выхода в интернет является смартфон. По данным компании Mediascopе, к апрелю 2019 года 66,5% (данные на период с ноября 2018 по апрель 2019) – пользователи интернета на мобильных устройствах (рост на 6,2 % по сравнению с прошлым годом (ноябрь 2017 – апрель 2018)). Количество же пользователей интернетом на стационарных устройствах, наоборот, сократилось (с 54% до 52,6% в периоде ноябрь 2018 – апрель 2019). Время, проведенное в Сети с помощью мобильных устройств больше времени, проведенного на стационарных устройствах [WEB-Index. Total internet audience. April 2019. Available at: https://webindex.mediascope.net/general-audience (Accessed: 23 May 2019). (In Russ.)]. Высокие показатели использования мобильного интернета в РФ в настоящее время объясняются в том числе его низкой стоимостью использования. Сегодня Россия занимает 12-е место в рейтинге стран с самым дешевым мобильным интернетом (средняя стоимость 1 Гб составляет $0,91). Первое место в рейтинге занимает Индия - $0,26, самый дорогой мобильный интернет – в Зимбабве, где 1 Гб мобильного интернета стоит $75,20 [Worldwide mobile data pricing: The cost of 1GB of mobile data in 230 countries. Available at: https://www.cable.co.uk/mobiles/worldwide-data-pricing/ (Accessed: 13 June 2019)]. Результаты исследования, опубликованного весной 2019 года, демонстрируют положительную динамику уровня цифровой грамотности россиян (в 2017 году – 52 п.п. из 100, в 2018 – 60 п.п.). Россияне стали лучше справляться с поиском информации, грамотнее подходить к ее анализу, увереннее работать на цифровых устройствах. Больше россиян стали пользоваться современными средствами коммуникации, такими как мессенджеры и социальные сети. Отмечается, что высоким уровнем цифровой грамотности обладают в настоящее время 45% россиян. Однако при этом у четверти взрослого населения – 28 миллионов россиян – цифровая грамотность остается на низком уровне, и основные барьеры ее повышения – слабый интерес к технологическим инновациям и сравнительно низкий уровень владения цифровыми устройствами [NAFI. Digital Literacy of Russians Is Increasing. March 2019. Available at: https://nafi.ru/en/analytics/uroven-tsifrovoy-gramotnosti-rossiyan-rastet-en-digital-literacy-of-russians-is-growing-/ (Accessed: 20 May 2019)]. Согласно Индексу развития цифрового общества за 2018 год, Россия, наряду с США, Китаем, Великобританией, Германией, Японией, Францией и другими странами, является одной из 10 стран, лидирующих по развитию цифровой экономики [Digital Society Index 2018. Framing the Future. Available at: https://dan.hu/wp-content/uploads/2018/03/DAN_Digital-Society-Index-2018.pdf (Accessed: 23 May 2019).]. Процесс цифровизации затрагивает фактически все сферы жизни общества: экономику, образование, здравоохранение и политику. Особенностью цифровизации в нашей стране можно назвать ее форсированный характер, что сказывается на ее характеристиках. Информационно-коммуникационные технологии, безусловно, открывают множество новых возможностей для современных людей. Эти возможности связаны с мгновенным и практически неограниченным доступом к информации и расширением способов коммуникаций. Однако именно эти характеристики современных технологий часто становятся источником многочисленных рисков и угроз. Анализ основных тенденций развития российского информационного общества будет неполным без изучения неизбежных отрицательных социальных эффектов ускоренной цифровизации. Без сомнения, данный вопрос заслуживает самого пристального внимания и требует продолжения текущего исследования. 4. Представления студентов московских вузов о социальном неравенстве в России и в современном мире: В 2019 году на социологическом факультете МГУ имени М.В. Ломоносова в рамках регулярно (каждые два года) осуществляемого, с 2013 года, мониторинга представлений московской студенческой молодежи о социально-политических процессах, институтах социализации и субъектах молодежной политики, было осуществлено исследование по выявлению отношения студентов московских вузов к проблеме социального неравенства и различных его видов в современном мире. В ходе проведения исследования с 15 апреля по 5 мая 2019 года было опрошено 811 студентов из 50 «гуманитарных» и 50 «естественных» факультетов следующих высших учебных заведений: МГУ имени М.В. Ломоносова, РАНХиГС, МПГУ, МГПУ, МГТУ ГА, АГЗ МЧС России, РУДН, МГУКИ, МГТУ имени Н.Э. Баумана, РАМ имени Гнесиных, МГХПА имени С.Г. Строганова, МГАВМиБ имени К.И. Скрябина, МГЮА, МГЛУ, Финансовый Университет при Правительстве РФ, Академия ФСБ России, БВШД, Первый Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сеченова, ИЖЛТ, МГИМО, МЭСИ, МИФИ, МАИ, МИИТ, РГУНиГ имени И.М. Губкина, МГАУ-МСХА имени К.А. Тимирязева, МФТИ, ГУУ, МУ МВД России имени В.Я. Кикотя, ПСТГУ, РХТУ имени Д.И. Менделеева, РТА, РЭУ имени Г.В. Плеханова, МАТИ-РГТУ имени К.Э. Циолковского, ВАВТ, НИУ ВШЭ. Распределение параметров выборочной совокупности: 45,6% опрошенных представляли лица мужского пола, а 54,4% - женского. 60,4% опрошенных (т.е. более половины опрошенных) составили молодые люди в возрасте от 18 до 22 лет, 18,9% — от 23 до 26 лет, 13,3% — от 14 до 18 лет, 7,4% — от 27 до 30 лет. 21,5% опрошенных не имели доходов в 2018 году, 19,5% — имели доход от 5000 до 15000 рублей, 16,6% — имели доход свыше 45000 рублей, 15,9% — от 15000 до 30000 рублей, 13,9% — от 30000 до 45000 рублей, 6,5% — от 0 до 2000 рублей, 6% — от 2000 до 5000 рублей. 38,4% опрошенных оценивают уровень своей материальной обеспеченности как средний, 22,8% — ниже среднего, 12,3% — выше среднего, 12,3% — как низкий, 6,9% — как высокий, 7,4% — затруднились дать ответ на поставленный вопрос. Краткое описание результатов (линейное распределение). Проведённое исследование показало, что более половины студентов (58,4%) считают, что в современном мире имеет место острое социальное неравенство, хотя почти четверть респондентов (23,7%) также отрицают факт его наличия. Среди причин, лежащих в основе социального неравенства, половина студентов (50,1%) отметили социальные причины, затем – экономические (45,5% ответов), политические (38,6% ответов) и индивидуальные (24,3% ответов). При этом, по мнению студентов существующее социальное неравенство в большей степени обусловлено обладанием властью (47,8% ответов), имущественным различием (45,6% ответов), различием статусов, которые люди получают по рождению (44,9% ответов). Чуть в меньшей степени – дискриминацией (36,4% ответов), природой человека (32% ответов). Затем – различием в умственных способностях (29,3% ответов) и профессиональной принадлежностью (28,6% ответов), разницей в физических способностях (20,9%), разницей в особенностях психики (19,3% ответов). Меньшая часть студентов придерживается мнения, что социальное неравенство обусловлено разделением общественного труда (9,3%). 5,9% опрошенных затруднились с ответом на данный вопрос, 1% - считают, что оно обусловлено другими причинами и обстоятельствами. Весьма интересными оказались представления студентов о видах социального неравенства, распространённых в современном мире. По их мнению, самым распространённым видом социального неравенства в современном мире является экономическое неравенство (64,1% ответов). Затем с существенным отрывом – неравенство доступа к определённым нематериальным благам (44,8% ответов), неравенство жизненных шансов и возможностей (40,3% ответов), классовое неравенство (33,8% ответов), этническое, национальное неравенство (31% ответов), половое неравенство (29,4% ответов), расовое неравенство (27,7% ответов), социальная эксклюзия (27,4%), возрастное неравенство (22,8%), религиозное неравенство (18,6%), кастовое неравенство (10,5%), цифровое неравенство (9,6%). Ответы студентов на вопрос «Какие формы и виды социального неравенства наиболее распространены в современном российском обществе?», распределились следующим образом. Более двух третей (69,1%) молодых людей считают сильно распространённым в современном российском обществе экономическое неравенство (первое место). О распространённости в России данного вида неравенства также заявили 23,2% студентов. О нераспространённости данного вида неравенства заявили лишь 3,1% студентов, 4,5% – затруднились с ответом. На втором месте по степени распространённости в современном российском обществе по мнению московских студентов находится неравенство доступа к определённым нематериальным благам (о его сильном распространении заявили 36,6% студентов, о распространённости – 36%). На третьем месте – неравенство жизненных шансов и возможностей (о его сильном распространении заявили 33,8% студентов, о распространённости – 40,3%). На четвертом месте – религиозное неравенство. 28,6% студентов отметили сильную распространённость данного вида неравенства, 25,9% - распространённость, хотя одна треть студентов (33,2%) – усомнились в этом. На пятом месте по степени распространённости в современном российском обществе по мнению студентов московских вузов находится классовое неравенство: о его сильном распространении заявили 27,5% студентов, о распространённости – 40,7%. На шестом месте – гендерное неравенство (21,8% ответов – о его сильном распространении и 31,6% - просто о распространённости). На седьмом месте – возрастное неравенство (20,4% ответов – о сильной степени распространённости и 33,2% ответов – о распространённости). На восьмом месте по мнению студентов московских вузов находится этническое, национальное неравенство (19,1% ответов – о сильной степени распространённости и 42,2% ответов – о распространённости). На девятом – расовое неравенство (15,9% ответов – о сильной степени распространённости и 32,4% ответов – о распространённости). На десятом – цифровое неравенство (13,2% ответов – о сильной степени распространённости и 25,6% ответов – о распространённости). На последнем одиннадцатом месте – кастовое неравенство (8,6% ответов – о сильной степени распространённости и 22% ответов – о распространённости). С проявлениями экономического неравенства постоянно сталкиваются 23,8% московских студентов, часто – 22,6% молодых людей, периодически – 25,4%, очень редко – 17,5%. 10,7% молодых людей заявили, что никогда не сталкивались с проявлением экономического неравенства. 22,4% студентов постоянно сталкиваются с неравенством доступа к определённым нематериальным благам; часто – 20,6%; периодически – 26,6%, очень редко – 17,3%, никогда - 13,1%. С неравенством жизненных шансов и возможностей постоянно сталкиваются 20,6% студентов; часто – 21,1%; периодически – 26,5%, очень редко – 17,8%, никогда - 14%. 11,6% молодых людей постоянно сталкивается с классовым неравенством, часто – 15,9%; периодически – 26,4%, очень редко – 27,4%, никогда - 18,7%. 9,1% студентов отметили, что постоянно сталкивается с гендерным неравенством, часто – 15,4%; периодически – 26,8%, очень редко – 23,3%, никогда – 25,4%. 9,9% опрошенных постоянно сталкивается с возрастным неравенством, часто – 14,3%; периодически – 27,1%, очень редко – 22,9%, никогда – 25,7%. С проявлениями этнического, национального неравенства постоянно сталкиваются лишь 7% московских студентов, часто – 11,9% молодых людей, периодически – 30,8%, очень редко – 23,2%, 27% - никогда. О постоянных проявлениях религиозного неравенства заявили 7,7% молодых людей, о частых – 11,3%, о периодическом – 24%, о очень редком – 24,5%. 32,5% студентов – никогда не сталкивались с проявлениями религиозного неравенства. 7% молодых людей, по их утверждениям, постоянно сталкивается с проявлениями расового неравенства, часто – 12%; периодически – 23,3%, очень редко – 24,6%, никогда - 33,2%. 8,5% московских студентов постоянно сталкиваются с фактами цифрового неравенства, часто – 11,8%; периодически – 19,7%, очень редко – 22,6%, никогда - 37,4%. 3,8% опрошенных постоянно ощущают наличие социальной эксклюзии, 7,7% - часто, периодически – 24,6%, очень редко – 25,4%, никогда - 38,6%. Заслуживают внимания представления студентов о причиных тяжёлого положения людей, оказавшихся за чертой бедности. По мнению молодых людей первопричиной такого положения является безработица (56,1% ответов). На втором месте среди отмеченных причин – алкоголизм (54,9% ответов). На третьем месте – лень и неприспособенность к жизни – 44,2% ответов; на четвертом – проживание в бедном регионе (40,6% ответов), на пятом – низкий образовательный уровень (35,2%). На последнем, шестом месте – семейный несчастья (23,3% ответов. 57% молодых людей выразили своё отрицательное отношение к проблеме глобального социального неравенства. 26,3% студентов относятся к данной проблеме нейтрально и лишь 8,2% - положительно, т.е. примерно столько же, сколько и воздержалось от оценки данной проблемы – 8,5% ответов. По мнению большей части опрошенных (49,7% ответов) материальный достаток людей в России напрямую зависит от региона их проживания. Более трети молодых людей (36,1% ответов) выразили своё несогласие с этим. 14,3% студентов затруднились с ответом. 48,7% молодых людей согласны с утверждением, что профессия человека предопределяет его положение в обществе. 36,4% - с этим категорически не согласны. 14,9% студентов затруднились с обозначением свой позиции по данному поводу. На взгляд значимой части студентов московских вузов (62,8%) власти не оказывают достойного и должного внимания решению проблемы социального неравенства. 22,1% молодых людей не согласны с ними и считают, что нынешняя власть оказывает достойное внимание проблеме социального неравенства. 15,1% - не определились со своей позицией по данному вопросу. Половина опрошенных студентов (50,4%) являются реалистами и считают, что полностью искоренить социальное неравенство не представляется возможным, а 29,2% являются оптимистами и считают, что искоренить социальное неравенство можно. 20,4% молодых людей – затруднились с ответом на данный вопрос. 5. Ожидаемые результаты исследований: 5.1. Модель социального неравенства: По результатам проведенных исследований социального неравенства предложена модель социального неравенства, которая предполагает: - выделение его в двух формах: витальное и экзистенциальное; - витальное неравенство определяется степенью воздействия существующих рисков и доступностью ресурсов по их преодолению или нивелированию; - экзистенциальное неравенство определяется через возможность участия в нормативно-предписанных видах деятельности, уровень которого определяется через соответствуюшие социальные практики, основанные на таких факторах, как: материально-техническая база, уровень цифровизации, информированной компетентности и мотивации. Схематично модель представлена в Приложении 1. Обобщая, указанную схему можно представить в виде системы уравнений: I = V(R) + E(S) R = D(g, h) - M(P) где: I - социальное неравенство, V - витальное неравенство, E - экзистенциальное неравенство, R - риск, S - социальные факторы, D - наличие опасностей, g - эндогенные факторы, h - экзогенные факторы, M - возможность минимизации негативных последствий, P - ресурсы для минимизации негативных последствий. 5.2. Разработка практических рекомендаций для сокращения социального неравенства и предотвращения протестных настроений, связанных с неравенством. Опираясь на данные, полученные в ходе проведенных в течение второго этапа исследований, представляется целесообразным выделить следующие направления практической работы по преодолению социального неравенства в России. Основным направлением является работа по созданию дополнительных институциональных механизмов по расширению возможностей доступа к ресурсному обеспечению различных сфер жизнедеятельности, а именно: 1) для нивелирования социального неравенства в сфере здоровья - расширение для регионов соответствующих квот на получение высокотехнологичных медицинских услуг; 2) повышение информированности населения в сфере охраны здоровья, а именно: о рисках здоровью, способах и существующих ресурсах по поддержанию своего здоровья; 3) внедрение в образовательную среду курсов по обучению самосохранительным практикам в сфере здоровья; 4) в образовательной сфере - увеличение количества программ, дающих возможность получения образовательных субсидий; 5) увеличение количества центров экономического роста для сокращения межрегионального социально-экономического неравенства; 6) повышение уровня экономической и транспортной связанности центров экономического роста между собой и с другими территориями страны посредством расширения и модернизации инфраструктуры; 7) улучшение качества городской среды для сокращения оттока населения вследствие внутренней миграции; 8) разработка программ повышения цифровой грамотности (в том числе цифровых навыков) для разных возрастных групп с целью обеспечения информационной безопасности; 9) повышение информированности населения о преимуществах использования цифровой инфраструктуры (образование, государственные услуги, финансовый сектор, здравоохранение и др.) с целью увеличения вовлеченности различных социальных групп в процессы цифровизации российского общества. 10) оптимизация государственной и общественной социальной политики в отношении молодежи. 5.3. По результатам проведенных исследований подготовлена монография, план-проспект которой прилагается к Отчету (Приложение 2). | ||
3 | 1 января 2020 г.-31 декабря 2020 г. | Новые формы социального неравенства и особенности их проявления в современной России |
Результаты этапа: - проведено межрегиональное эмпирическое исследование, по результатам которого опубликован аналитический отчет - проведена апробация и корректировка модели социального неравенства - даны комплексные практические рекомендации - обобщены полученные результаты проведенных исследований в монографии и аналитическом отчете - издание монографии «Социальное неравенство в современном мире: новые формы и особенности их проявления в России»; - результаты исследования апробированы в рамках выступлений на международных и всероссийских конференциях по теме исследования, в том числе, Ковалевских чтениях-2020 (г. Санкт-Петербург) (не менее 3-х докладов), Ломоносовских чтениях-2020 (г. Москва) (не менее 3-х докладов), Сорокинских чтениях-2020 (г. Москва) (не менее 4-х докладов), Дыльновских чтениях-2020 г. (г.Саратов) и др..; - подготовлено 30 научных публикаций, в том числе, 8 статей в журналах, входящих в перечень SCOPUS, RSCI Web of Science и ВАК. |
Для прикрепления результата сначала выберете тип результата (статьи, книги, ...). После чего введите несколько символов в поле поиска прикрепляемого результата, затем выберете один из предложенных и нажмите кнопку "Добавить".