Аннотация:doi: 10.3366/word.2022.0215 In this paper, I analyse the intricate agreement pattern attested with inflected quantifiers, intensifiers and anaphors in Tatar, which can trigger not only a default 3rd person agreement, but also the marked person agreement reflecting the features of their restrictor or binder. I claim that in these constructions, inflected quantifiers, intensifiers and anaphors bear the features the agreement reveals, and propose a mechanism allowing them to acquire the features of their restrictor or binder. I build on the idea that agreeing inflected quantifiers, intensifiers and anaphors contain a minimal pronoun equipped with a set of unvalued interpretable features, and that this feature set gets valued via agreement.В этой статье я анализирую модель согласования, засвидетельствованную с субстантивированными квантификаторами, интенсификаторами и анафорами в татарском языке. Эти единицы могут вызвать не только дефолтное согласование по 3-му лицу, но и согласование по 1-2 лицу, отражающее признаки их рестриктора или связывателя. Я утверждаю, что в этих конструкциях флективные квантификаторы, интенсификаторы и анафоры обладают признаками, которые проявляются в согласовании, и предлагаю механизм, позволяющий им приобретать признаки рестриктора или связывателя. Я основываюсь на идее, что согласующиеся флективные квантификаторы, интенсификаторы и анафоры содержат минимальное местоимение, снабженное набором неозначенных интерпретируемых признаков, и что этот набор признаков означивается посредством согласования.